Наш специальный корреспондент Анастасия ПЛЕШАКОВА обнаружила
в себе новые таланты в одном из столичных СИЗО.

В Печатниках (район на юго-востоке Москвы) есть две достопримечательности. Во-первых, это Николо-Перервенский монастырь, в строительстве которого, по преданию, принимал участие великий Растрелли. И была здесь когда-то летняя резиденция патриарха. Вторая достопримечательность - следственный изолятор N 6, который считается лучшим в столице. Построен он всего несколько лет назад на месте ЛТП (лечебно-трудового профилактория). Монастырь и тюрьма живут бок о бок. И в этом есть философская правда жизни. Когда я искала дорогу в тюрьму, золотые купола служили мне ориентиром...

Мужикам вход воспрещен
Стою на КПП N 1. Симпатичная девушка Оля, по званию старший сержант, внимательно сверяет фотографию на удостоверении с моей физиономией. Хотя Оля меня еще не знает, отныне тюрьма - мое рабочее место, как и у нее.
Кстати, устроиться надзирателем в тюрьму сложнее, чем записаться в космонавты. Само это ветхозаветное словечко нынче не в ходу. Людей, которые охраняют заключенных, называют 'инспекторами отдела режима и охраны 1-й и 2-й категории'. Но я по старинке попросилась в надзиратели. В порядке, так сказать, эксперимента и обмена опытом.
СИЗО N 6 - это женский изолятор. Поэтому надзирателями или инспекторами - без разницы - здесь работают исключительно женщины.
Мне выдают спецовку и сопровождающую - опытного инспектора Татьяну. Извилистыми коридорами тюрьмы мы идем на утреннюю проверку. На каждом углу - металлические перегородки. Случайный человек сюда не зайдет. Но у Татьяны есть ключ, который открывает любые запоры.
У каждого инспектора свой участок работы. Одни стоят на вышке, другие проводят шмоны, третьи сопровождают осужденных (профессиональный жаргон требует делать ударение на 'у') к адвокату, следователю, в суд. Бывало, дежурили в роддомах, когда зечкам приспичивало родить.
За день мы распотрошили полторы тонны продуктов
Самая муторная работа - 'топтать коридор'.

Категория: Проблемы перевода